Кошкин дом

ТОРЧ АНДЕГРАУНД · МУЗЫКАЛЬНАЯ ЭНЦИКЛОПЕДИЯ

Кошкин дом

Одесса — Ленинград / Санкт-Петербург · арт-рок, психоделия, постпанк · 1988–1993
ОдессаСанкт-ПетербургАрт-рокПсиходелический рокПостпанк

«Кошкин дом» — арт-рок-группа, начавшая путь в Одессе, затем получившая известность на всесоюзных фестивалях и нашедшая новый состав в Ленинграде. Психоделия, постпанк, литературные тексты и почти академические музыкальные опыты сделали её необычным явлением конца восьмидесятых. История коллектива особенно интересна тем, что две его основные пластинки записаны в разных условиях и с разными участниками. [1][2]

Не стоит называть группу изначально петербургской: первым городом был именно портовый юг Украины. Но уже в 1990 году одесские основатели объединились с музыкантами «НАТЕ!», после чего «Кошкин дом» действительно стал заметной частью ленинградско-петербургского рок-сообщества.

Одесса: «Кроссворд» и Максим Ланде

Основатель ансамбля Максим Ланде с юности писал музыку и играл на гитаре. В 1981 году он собрал в Одессе «Кроссворд», исполнявший преимущественно хард-рок. Музыканты репетировали в матросском клубе и постепенно приобретали оборудование за счёт выступлений на танцах и различных официальных мероприятиях. Тогда ещё не было ни будущей мистической образности, ни характерного сложного звучания. [1][2]

В конце 1983-го к Ланде присоединился клавишник Константин Шумайлов. Он стал важнейшим соавтором и аранжировщиком. «Кроссворд» записал в 1985 году собственную магнитофонную программу, однако её следы, по оценке исследователя Андрея Бурлаки, утрачены. Этот ранний материал нельзя включать в полноценную дискографию «Кошкиного дома» без указания старого имени и отсутствия сохранившейся фонограммы.

↑ К содержанию

Новое название и первое выступление 1988 года

После возвращения Шумайлова из армии музыканты взялись за новые песни и решили отказаться от вывески «Кроссворд». Название «Кошкин дом», согласно распространённому объяснению, отсылало к прозвищу здания, где проходили репетиции. Дебют под новым именем состоялся 8 марта 1988 года на заводской сцене Одессы. [1][2]

Музыка уже резко отличалась от популярного в городе тяжёлого рока: в ней сочетались клавишные фактуры, гитарная напряжённость, психоделические эпизоды и интерес к необычной поэзии. Эта смесь могла казаться слишком сложной для обычной танцевальной аудитории, зато привлекала внимание слушателей, ищущих новые формы. Группа постепенно вышла за пределы местных клубов.

↑ К содержанию

Фестиваль «СыРок» и «Сторожевой синдром»

В декабре 1988 года одесситов пригласили на московский фестиваль «СыРок». Выступление помогло ансамблю обрести связи в других городах. В марте 1989-го в частной московской студии у звукорежиссёра Аркадия Березовского они записали альбом «Сторожевой синдром». Помимо собственных текстов Ланде, использовались стихотворения других авторов, в том числе Иосифа Бродского. [1][2]

Инструментальные пьесы соседствовали с вокальными композициями. Такая программа не стремилась повторять привычную формулу советского рок-альбома, где главную роль играет последовательность социально окрашенных песен. Здесь художественное впечатление создавалось всем музыкальным полотном. Важно помнить: «Сторожевой синдром» — запись 1989 года, а не продукт последующих цифровых переизданий.

↑ К содержанию

Гастроли, «Алиса» и фестивали 1989-го

Успех на «СыРке» превратил «Кошкин дом» в востребованного участника фестивалей. Музыканты играли в Могилёве, Новой Каховке и других городах. Осенью группа в течение недели открывала десять концертов «Алисы» на больших спортивных площадках, а затем выступила на «Рок-богеме» в Днепродзержинске. [1][2]

Летом того же года одесситы познакомились с участниками ленинградского коллектива «НАТЕ!». Это знакомство стало важнее простой концертной встречи: обе группы переживали внутренние перемены и искали новое окружение. Для «Кошкиного дома» возникла перспектива переезда в один из центров неофициальной рок-музыки, хотя отказаться от родной Одессы было непросто.

↑ К содержанию

Переезд в Ленинград и новая четвёрка

Сначала Ланде и Шумайлов попытались закрепиться в Москве. Однако после неудачного московского периода путь привёл их в Ленинград, где происходил кризис «НАТЕ!». Совместные репетиции привели к короткому проекту «Гамбринус» с участием Игоря Ганькевича из одесского «Бастиона». После его распада сложился обновлённый «Кошкин дом». [1][2]

К одесским музыкантам присоединились Андрей «Силя» Селюнин и барабанщик Сергей Наветный. Четыре музыканта обладали разным опытом: у одного за плечами были гитарные эксперименты, у другого — клавишная работа, а новые участники принесли энергию ленинградских концертных коллективов. Это пересечение объясняет, почему песни второго периода звучат иначе, чем дебют.

↑ К содержанию

«Полнолуние»: студия «Останкино» и винил

В 1991 году обновлённый коллектив записал альбом «Полнолуние» в московском телецентре «Останкино». Запись сначала распространялась в ограниченном количестве кассет, а затем получила виниловое издание DiK Records. Существование той пластинки подтверждается каталожными данными, включая номер матрицы, список песен и указание участников. [2][3][4]

«Полнолуние» нельзя считать более поздней переписанной версией «Сторожевого синдрома»: это самостоятельная работа с новым репертуаром и составом. В ней особенно отчётливы соединение мрачной романтики с мелодиями и выразительная роль клавишных. В музыкальной прессе начала девяностых пластинка получила внимание как своеобразный готический, психоделический рок, редко встречавшийся в таком виде в отечественной записи. [5]

↑ К содержанию

Рок-клуб, фестивали и несостоявшийся третий альбом

«Кошкин дом» участвовал в мероприятиях к десятилетию Ленинградского рок-клуба; песня «Хрусталь» оказалась в сборнике «Однажды в рок-клубе». Осенью 1991-го коллектив играл на фестивале «Прорыв-91» в Новгороде рядом с группой «Улицы», а в 1992-м выступал в Мончегорске, Одессе и Новой Каховке. [1][2]

Осенью 1992 года музыканты приступили к третьему альбому на «Мелодии» с Юрием Морозовым, но работу не завершили. Неизданный, незаконченный проект нельзя произвольно озаглавливать или приравнивать к двум завершённым фонограммам. К тому времени некоторые участники уже были заняты в «Телевизоре» и других ансамблях, а экономические трудности усложняли гастроли.

↑ К содержанию

Завершение истории и её место в рок-архиве

К 1993 году активная история группы подошла к концу. Ланде и его коллеги продолжали музыкальную жизнь, но «Кошкин дом» перестал существовать как устойчивый концертный ансамбль. Опыт одесских репетиций, московских фестивалей и ленинградского периода сформировал редкую биографию, где городская принадлежность менялась вместе с составом. [1][2]

Группа осталась важным примером арт-рока на переходе от советского фестивального движения к независимой клубной культуре. Её наследие стоит искать не только в названиях песен, но и в мастер-лентах, оригинальном виниле, рецензиях и историях музыкантов, участвовавших сразу в нескольких ансамблях.

↑ К содержанию

Дискография и запись для юбилейного сборника

  • 1989 — «Сторожевой синдром» (первый альбом «Кошкиного дома», запись в Москве).
  • 1991 — «Полнолуние» (студийная запись в «Останкино», кассетное распространение и винил DiK Records).
  • 1991 — «Хрусталь» (песня в сборнике «Однажды в рок-клубе», не отдельный номерной альбом).
  • 1992 — попытка записи третьего альбома на «Мелодии», оставшаяся незавершённой.
  • Магнитофонная запись «Кроссворда» 1985 года относится к предыдущему коллективу Ланде и Шумайлова, а не к основной дискографии «Кошкиного дома». [1][2][3]

↑ К содержанию

Источники и примечания

  1. Андрей Бурлака: история «Кошкиного дома» в рок-энциклопедии
  2. Rock-n-Roll.ru: архивная биография группы
  3. Каталог советских пластинок: «Полнолуние», DiK Records, 1991
  4. Выргород: «Полнолуние» — состав, запись и архивные обстоятельства
  5. «Наш НеФормат»: архив рецензии на «Полнолуние» 1991 года

Даты и типы изданий сверены по указанным каталогам и материалам. Неоднозначные датировки специально отмечены в тексте. Исследование подготовлено 18 ноября 2026 года.

↑ К содержанию

Related Записи